DataLife Engine > Лось - благодетель и мот > Не знаю, много ли радости в лосиной жизни, но горя хватает.

Не знаю, много ли радости в лосиной жизни, но горя хватает.


14 февраля 2016. Разместил: damir
Не знаю, много ли радости в лосиной жизни, но горя хватает. Вот очередная беда: сохатые часто тонут во время ледостава, когда хрупкий молодой лед проламывается под их увесистым телом. Животные пытаются выбраться на лед, ломают ребра, зубами вцепляются в кромку. Но все зря. Правда, бывают и необычные случаи. Вот один. Как-то в Подмосковье в полынью угодило несколько лосей. Матерые старые лоси, может ненароком, а может специально, спинами зажали лосенка, как мы сжимаем пальцами скользкую вишневую косточку. И детеныш оказался на льду. Далее события разворачивались еще более странно. Егерь В. Жирное заметил, что огромный самец настойчиво подталкивал лосиху к самой кромке льда. Та минут двадцать безуспешно выбрасывала передние копыта на лед. Наконец, удачно оперлась задними ногами на спину великана и выбралась из воды. Случайность или .самопожертвование?
Но это, как говорят, цветочки. Ягодки впереди. Только ягодки несладкие. Вот почитайте. «Лось, раненный в живот или зад, если его не беспокоить, большей частью уходит за версту, две, ложится и истекает кровью... Если пуля ударит сохатого в ногу, то идет много красной крови; если же пуля попадет в грудь и заденет внутренности — кровь идет из раны в незначительном количестве, запекшаяся и темного цвета...»
Кровь, кровь и кровь. Веками, по всему следу лосиной жизни... Сейчас вычислено, что в богатых лосем Ленинградской и Псковской областях в одного добытого сохатого стреляют в среднем по семь раз. В Кировской области подсчитано и количество человеко-дней, затраченных на убой одного сохатого по лицензии: на жировке — 2,3, троплением — 7,0.
Браконьеры же человеко-дни не считают. Они готовы стрелять все, что попадется на глаза. Однако и спортсменам от охоты не мешает знать, что мясо переутомленных, загнанных животных и подранков не такое, как у животного, добытого одним выстрелом. Лось в страхе мечется под дулами ружей, в его мышцах расходуется гликоген и накапливаются продукты обмена веществ. В результате даже парное мясо будет жестким и при варке даст мутный, невкусный бульон. Такое мясо сине-фиолетовое, с резким запахом.
Специалисты сетуют на низкую квалификацию охотников-любителей. Но почему не предоставить охоту только профессионалам?
Если стрелять шприцем, начиненным дитилином, который через десять минут распадается в теле лося, мясо можно жарить и парить. Если же влетящем шприце другой модный препарат для обездвижения животных — сернилан, мясо есть нельзя.
А теперь поговорим не о ядах, изобретенных людьми, а о тех, которые без вреда лось глотает тысячелетиями. Любопытные сведения об этом приведены в научных публикациях Е. К. Тимофеевой. Лось уплетает самую горечь — растения с лактона-ми, алкалоидами, эфирными маслами. От этих веществ должна страдать нервная система, почки, сердце... Но сохатому все сходит с рук. Видно, в рубашке родился. В Якутии он преспокойно щиплет хвощи, в стебельках которых порядочно ядовитого алкалоида эквизитина и других малоприятных соединений. Едкий лютик и ядовитая для домашнего скота купальница тоже не причиняет ему вреда.
Хвоя, скормленная коровам, вызовет поражение слизистых оболочек кишечника и почек. Лось же за зиму из хвои можжевельника и сосны получает уйму терпенов, муравьиной и уксусной кислот. И ничего... Самое же невероятное, что на побережье Рыбинского водохранилища лоси закусывали листьями веха ядовитого, от которого погибали целые стада коров и овец.
Как же это объяснить? Перво-наперво, будем справедливы. Лось не одинок, его родственники олени тут ему не уступят. Известно и другое: яды растений по-разному действуют на млекопитающих. Например, красавка сильнее всего влияет на человека, чуть слабее — на собак, мало — на лошадей, почти совсем не действует на коз и абсолютно безразлична для кролика.
Но у нас речь не о кролике, а об лосе. Так вот, его желудок в два раза меньше, чем у коровы такого же веса. То есть пища у лося хуже переваривается, и, следовательно, его организм меньше впитывает яда. Кроме того, дубильные вещества — это нечто вроде противоядия против алкалоидов, которые они адсорбируют. Так что, съев яд, лось тут же принимает и противоядие. Яды нейтрализуются в животе и до крови не доходят. И еще одно обстоятельство: что для коровы яд, для сохатого может быть наиполезнейшим веществом. Например, в зоопарках, где лосям не дают кору ивы, содержащую салицилаты, они заболевают ревматизмом.
Осень — пора грибов. И лоси это учитывают. С их точки зрения, подосиновик — всем грибам гриб, i подберезовик — серебряный медалист, а белый, хотя и в числе призеров, но только на третьем месте. Но все же грибы не еда, а приправа к меню. Это вообще, а вот частности: в Тамбовской области проживал лось, который прямо-таки охотился за рыжиками, а в Печеро-Илычском заповеднике однажды подсчитали, что ручная лосиха за сутки съела две сотни грибов.
В пригородных лесах многие сшибают шляпки мухоморов: мол, никому ненужная красивая поганка. Во-первых, действительно красивый гриб (зачем губить красоту?), а во-вторых, для лосей (и не только для них) мухомор не поганка, а лекарство. Съев несколько красных в горошину шляпок, сохатые ложатся и ждут, когда мухоморы проявят лечебную силу, избавят от глистов. С той же целью животные жуют мяту, веронику и погремок.
Летом лось гурманствует. Тут лист березы ущипнет, там черемуху проглотит, а потом идет слизнуть сладенького: на вырубках и лужайках в траве образуется больше Сахаров, чем в тени. Превыше всего лоси уважают иван-чай. Он у них вроде черной икры. Но вот какая причуда. Некоторые свежие растения иван-чая сохатые почему-то не трогают. Такое сиротливое растение целое стадо обойдет стороной. В чем дело? Что нехорошего в хорошем с виду цветке?